Первая мировая война / Винтовка Мосина

19 февраля 2011


Оглавление:
1. Винтовка Мосина
2. Конструкция и принцип действия
3. Кучность боя и эффективность огня
4. Достоинства и недостатки
5. Использование винтовки снайперами
6. Гражданские варианты
7. Страны-эксплуатанты



7,62-мм винтовка образца 1891 года — магазинная винтовка, принятая на вооружение Российской Императорской армии в 1891 году.

Активно использовалась в период с 1891 по конец Великой Отечественной войны, в этот период многократно модернизировалась.

Название оружия происходит от калибра ствола винтовки, который равен трём русским линиям — одна линия равна одной десятой дюйма, или 2,54 мм — соответственно, три линии равны 7,62 мм.

На основе винтовки обр. 1891 года и её модификаций был создан целый ряд образцов спортивного и охотничьего оружия, как нарезного, так и гладкоствольного.

История

Магазинные винтовки с ручным перезаряжанием были известны ещё с середины XIX века, и уже тогда находили ограниченное военное применение.

Например, в США в ходе Гражданской войны и различных столкновений с индейцами использовались магазинные винтовки Спенсера с прикладным магазином, Генри с подствольным магазином и перезаряжанием подвижной спусковой скобой, и другие системы.

В годы русско-турецкой войны 1877—1878 годов турки небезуспешно применяли в ограниченных количествах магазинные винтовки Винчестера невоенного образца моделей 1866 и 1873 года, разработанные на основе системы Генри, — хотя массовость и эффективность их применения как правило сильно преувеличиваются.

Многие из этих систем были хорошо известны и в России, а примерно с 1878 года активно проводились закупки различных образцов зарубежного магазинного оружия для исследований и испытаний. Как писал генерал М. И. Драгомиров ещё в середине 1870-х годов,

«Если изобрести повторительную систему, которая будет надежна, прочна, не будет требовать слишком тщательного ухода… то ни о чем лучшем и мечтать нельзя»

Однако такой системы в те годы ещё не существовало. Имевшиеся образцы, хоть и представляя, в теории, существенно более высокую ступень развития стрелкового оружия по сравнению с распространёнными в то время в качестве военного оружия винтовками однозарядными, имели весьма существенные общие недостатки, ввиду которых они не могли быть приняты на массовое вооружение регулярной армии.

Механизм винтовки Генри…
…и патроны к ней; рядом — современный револьверный патрон.

Во-первых — в ранних магазинных системах из-за особенностей конструкции их магазинов обычно использовались сравнительно короткие и слабые патроны, часто кольцевого воспламенения, по мощности близкие к револьверным. Например, в подствольном трубчатом магазине при применении патронов центрального воспламенения, к типу которых тогда уже принадлежало большинство военных, опасались случайных взрывов от удара пули заднего патрона о капсюль переднего, поэтому многие винтовки с таким магазином использовали патроны кольцевого воспламенения, имевшие вместо центрально расположенного капсюля колечко капсюльного состава прямо в закраине гильзы, малопригодные для военного оружия.

В результате дальность стрельбы из них оставляла желать многим лучшего, особенно с учётом предъявлявшихся в те годы к этому качеству военного оружия явно завышенных требований, а пуля не обладала пробивной силой, необходимой для поражения цели, находящейся за земляными валами, брустверами и иными подобными укреплениями, что и в те годы, и впоследствии также считалось весьма важным.

Прикладные магазины также имели свои проблемы, связанные со сложностью, низкой надёжностью, ослаблением конструкции винтовки.

Во-вторых, что ещё важнее, после опустошения магазина требовалось его весьма длительное наполнение, осуществлявшееся в тогдашних конструкциях по одному патрону, чем существенно снижалась практическая скорострельность. Это делало проблематичным использование ранних магазинных винтовок в полевых сражениях, — хотя в определённых ситуациях, например, при обороне укреплённых позиций, когда стрелок имел возможность относительно спокойно перезарядить своё оружие, они, безусловно, и имели большие преимущества.

К этому добавлялись и многочисленные проблемы с надёжностью ранних «магазинок» в полевых условиях, а также их высокие стоимость и сложность в производстве.

Позднее появились и более совершенные системы под военные патроны с дымным порохом, которые даже принимались в некоторых странах на ограниченное вооружение, — такие, как швейцарская магазинная винтовка Repetiergewehr Vetterli, введённая во флоте Норвегии многозарядная винтовка Krag-Petersson, японская винтовка Мюрата Тип 13, немецкая «передельная» Gewehr 71/84, австро-венгерский и французский варианты системы Gra-Kropatschek, и другие.

Но все они также имели магазины, снаряжаемые по одному патрону, почему, собственно говоря, практически нигде и не были приняты на полное вооружение в качестве единственного военного образца, обычно оставаясь лишь дополнением к составлявшим основную массу оружия пехоты однозарядными винтовкам. В обычных обстоятельствах стрелку приходилось пользоваться ими как однозарядными, приберегая запас патронов в магазине на критический момент боя, определить наступление которого, естественно, крайне сложно. То же самое можно сказать и о так называемых «приставных магазинах» и «ускорителях заряжания», которые крепились на однозарядной винтовке, превращая её в некое подобие магазинной, но были при этом громоздки, сравнительно ненадёжны и сложны в эксплуатации, да и снаряжались, опять же, по одному патрону.

Магазины на военном оружии в те годы и ещё долго впоследствии были исключительно постоянными, то есть постоянно жёстко закреплёнными на винтовке; сменные магазины, как на современном оружии, считались в те годы совершенно недопустимым расточительством. Даже если магазин и мог сниматься для чистки, на винтовку он приходился всего один, соответственно, иметь при себе запас предварительно снаряжённых магазинов стрелок не мог. Именно поэтому заряжание единственного имевшегося у стрелка магазина по одному патрону в те годы и было критическим недостатком магазинного оружия, мешавшим его широкому военному применению.

Так или иначе, ни в одной из основных европейских армий в период до второй половины 1880-х годов магазинные винтовки приняты на вооружение в качестве основного образца не были, именно ввиду непригодности их ранних вариантов к использованию в качестве массового военного оружия.

Произошло это лишь после появления необходимых предпосылок — в первую очередь благодаря введению серединного магазина с рядным расположением патронов, запатентованного американцем шотландского происхождения Джеймсом Ли в 1879 году и впервые использованного в винтовке Манлихера образца 1886 года, а к нему — патронной пачки, а затем и обоймы, благодаря которым, наконец, нашёл своё вполне положительное решение вопрос о быстром снаряжении магазина сразу несколькими патронами. Пачка или обойма позволяли заполнить магазин за время, сравнимое с тем, которое уходило на перезаряжание прежних однозарядных винтовок одним патроном.

Также существенную роль во введении многозарядных винтовок сыграло появление новых малокалиберных патронов с бездымным порохом), более компактных и лёгких, что позволяло снабдить винтовку достаточно ёмким магазином, при этом избыточно не отягощая стрелка весом размещённого на ней боекомплекта.

Почти сразу же после появления этих новшеств использовавшие их магазинные винтовки были введены на полное вооружение практически во всех развитых странах — Vetterli-Vitali  в Италии, Gewehr 1888  в Германии, Lee-Metford  в Англии, Schmidt-Rubin в Швейцарии и так далее. Только лишь принятая ранее других французская винтовка Лебеля 1886 года, сравнительно совершенная по конструкции механизмов и впервые использовавшая патрон с бездымным порохом, всё ещё имела подствольный магазин, снаряжаемый по одному патрону, что почти сразу же сделало её устаревшей и уступающей более современным иностранным образцам.

В России Главное Артиллерийское управление поставило задачу разработки многозарядной, «повторительной» винтовки в 1882 году. В 1883 была образована Комиссия по испытанию магазинных ружей под председательством генерал-майора Н. И. Чагина.

Памятник С. И. Мосину в Сестрорецке.

Первые разработки велись ещё применительно к 4,2-линейным патронам, стреляющим дымным порохом, — в общей сложности было рассмотрено около 150 отечественных и иностранных систем, и в числе прочих — 4,2-линейная винтовка системы капитана С. И. Мосина разработки 1887 года, с прикладным магазином с реечной подачей боеприпасов, показавшая хорошие результаты, но отвергнутая ввиду уже упоминавшегося общего для всех систем с такими магазинами недостатка — длительности заряжания и сложности дозаряжания магазина в боевых условиях.

Однако быстрое развитие бездымных порохов уже через несколько лет по сути обесценило результаты этих работ, которые, тем не менее, дали богатый и ценный опыт, необходимый для дальнейшего продвижения вперёд.

Попутно испытывались и винтовки уменьшенного калибра. Например, весной 1885 года полковником Роговцевым был создан 3,15-линейный патрон, созданный на базе переобжатой «бердановской» гильзы, предназначенный для стрельбы из экспериментальных 3,15-линейных стволов, разработанных Оружейным отделом ГАУ и изготовленных в Инструментальной 2-ой мастерской Петербуржского патронного завода. Патрон Роговцева 1885 года снаряжался экспериментальным усиленным дымным порохом, с увеличенным содержанием селитры, что повышало его коррозионное воздействие на ствол, и пулей в медной оболочке со свинцовым сердечником. Он имел заряд в 5 грамм пороха, который разгонял 13,6-граммовую пулю до 550 м/с.

Показательно, что параллельно с разработкой принципиально новой магазинной винтовки велись и работы по приспособлению магазина к существующей винтовке Бердана, а также — по созданию однозарядной, но уже использующей новый патрон с бездымным порохом, винтовки, — не все военные считали преимущества магазинных винтовок достаточно значительными для вооружения ими всей армии, что было обусловлено в том числе и отсутствием до поры до времени однозначно удачной применительно к военной винтовке конструкции магазина, которая, как уже упоминалось, появилась лишь во второй половине 1880-х.

Этот определённый консерватизм, а в большей степени — выжидательная позиция, занятая военным ведомством из нежелания повторять ошибки двадцатилетней давности, приведшие к событиям, окрещённым военным министром Милютиным «нашей несчастной ружейной драмой», когда за период с 1860 по 1870 год было в лихорадочном порядке принято на вооружение не менее 6 различных систем винтовок под разные патроны, большая часть из которых успела устареть ещё до начала своего массового производства, привели к некоторому торможению работ по созданию отечественной магазинной винтовки, — что, однако, впоследствии позволило избежать неприятных ситуаций, вроде тех, в которых, как уже говорилось выше, оказались французы, поспешно приняв на вооружение винтовку Лебеля с очень быстро сделавшим её устаревшей подствольным магазином, или англичане и австрийцы, которые сначала приняли магазинные винтовки под патрон с дымным порохом, и уже вскоре были вынуждены лихорадочно переделывать их под бездымный.

Так как любое оружие создаётся в первую очередь на основе имеющегося боеприпаса, одновременно велись работы по созданию нового патрона.

В 1886 году Лоренцу из Германии была заказана партия опытных патронов уменьшенного калибра.

В 1887 году была налажена связь со шведским профессором Хэблером, от которого были получены материалы опытов, консультации и указания. Хэблер советовал принять видевшийся ему наиболее перспективным калибр порядка 7,6 мм и пулю в стальной оболочке, а также прислал 1000 патронов своей разработки с дымным порохом.

В 1888 году в Россию прибыли заграничные 8-мм винтовки: австрийская Манлихера и датская Краг-Иоргенсена. Выяснилось, что австрийские и датские винтовки давали лучшую кучность и меткость боя, нежели испытывавшиеся Комиссией опытные русские винтовки, но скорость их пуль были недостаточна из-за использования дымного пороха, а запирающий механизм вместе с другими деталями винтовок был признан совершенно неудовлетворительным. Тот же самый вывод был сделан относительно винтовок и патронов Хэблера.

В начале 1889 года Комиссия по неофициальным каналам получила французскую винтовку Лебеля, использовавшую бездымный порох, — с гильзами и пулями, но без самого пороха. Тем не менее, впоследствии и она также была испытана, с русским бездымным порохом, в разработке которого она и сыграла довольно важную роль. Конструкция ствола и затвора этой винтовки были признаны заслуживающими внимания, однако трубчатый подствольный магазин оказался неудовлетворительным.

Патроны 7,62×54 мм R в ассортименте.
Затвор Мосина.

Отечественный бездымный порох удовлетворительного качества был получен в 1889 году благодаря успешным опытам Д. И. Менделеева. В том же году был разработан 7,62-мм патрон, созданный полковником Н. Ф. Роговцевым по образцу нового 8-мм австрийского M1888, но в отличие от него уже снаряжённый бездымным порохом и имеющий пулю в мельхиоровой оболочке, более прочной, чем медная, и не столь сильно изнашивавшей ствол и не ржавевшей, как стальная. Надлежащий капсюль отечественной работы появился лишь в 1890 году.

Хотя к тому времени в некоторых странах, в первую очередь — в имевшей весьма высокоразвитую производственную базу Германии, уже были введены патроны с кольцевой проточкой на гильзе, более компактные и удобные для подачи из магазина, русский патрон сохранял выступающую закраину, в основном по причине того, что это позволяло изготовлять как гильзу, так и патронник ствола с большими допусками. Отмечались и иные преимущества патрона с закраиной, — например, он был удобнее при снаряжении магазина или заряжании винтовки по одному патрону, что было вполне реальной возможностью при выходе магазина из строя или отсутствии снаряжённых патронных обойм, так как удобнее и быстрее вытаскивался солдатом из патронной сумки. По тем временам это не представляло собой чего либо необычного, — например, такую же закраину имели и такие патроны, как французский 8×50 мм R Lebel , английский .303 British, американский .30-40 Krag , или тот же австро-венгерский M1888. Лишь впоследствии выявилось большое неудобство такого патрона для использования в автоматическом оружии, однако это не помешало некоторым из вышеупомянутых образцов оставаться на вооружении вплоть до конца Второй мировой войны. Более того, даже в 1930-х годах в некоторых странах продолжали разрабатывать и принимать на вооружение новые винтовочные патроны с закраиной, например австрийский патрон M30S 8×56 мм R обр. 1930 года, принятый также в Венгрии.

Впрочем, даже и на этом этапе вопрос о калибре, видимо, ещё не считался окончательно решенным, так как вскоре началась проработка и 6,5-мм патрона.

В 1889 году Сергей Иванович Мосин предложил на конкурс трёхлинейную винтовку, выработанную на основе его же более ранней однозарядной, от которой была позаимствована практически без изменений затворная группа и ствольная коробка; некоторые идеи относительно конструкции магазина при этом были позаимствованы у испытывавшейся в том же году новейшей австро-венгерской винтовки системы Манлихера с пачечным заряжанием рядного серединного магазина, который был признан полностью соответствующим всем выставлявшимся требованиям.

Позднее, в самом конце того же года, бельгиец Леон Наган также предложил на конкурс свою систему. Винтовок Нагана было три экземпляра, все магазинные, калибром около 8 мм, хотя Наган взялся изготовить винтовку и калибром 7,62 мм. Система Нагана была признана в целом доброкачественной, но требующей доработки. Особенный интерес Комиссии вызвал магазин удачной конструкции с заряжанием из обойм, напоминавший магазин только что принятой в Бельгии винтовки системы Маузера.

В результате их испытания, а также сравнительных испытаний с австрийской винтовкой Манлихера, стало возможно наконец окончательно определиться с требованиями к новой винтовке, современным языком — составить на неё техническое задание. Было решено принять калибр 7,62 мм, ствол и прицел по образцу Лебеля, затвор продольно скользящий с поворотом, запирающийся отдельной боевой личиной, магазин серединный, постоянный, с заряжанием из рамочной обоймы пятью патронами. Комиссия была вследствие этого в 1889 году переименована в Комиссию для выработки образца малокалиберного ружья.

Так как ни винтовка Мосина, ни винтовки Нагана требованиям этим в полной мере не соответствовали, конструкторам было предложено на их основе разработать новые системы, которые, таким образом, были изначально обречены быть в значительной мере схожи конструктивно, будучи созданы на основе одних и тех же разработанных Комиссией ствола и патрона, в комплексе определяющих все баллистические свойства оружия, и в силу выставленных ей требований используя одинаковые по типу затвор и магазин, а различия имея лишь в конкретном конструктивном оформлении этих элементов. По сути, перед Мосиным и Наганом была поставлена задача создания своих варинатов затворных групп и магазинов для уже имевшегося ствола.

Одновременно в 1890 году были рассмотрены еще 23 системы, не показавшие, однако, преимущества перед уже отобранными для дальнейшего сравнения Нагана и Мосина.

После доставки из Бельгии опытной партии доработанных, уже 3-линейных, винтовок Нагана осенью 1890 года начались широкомасштабные сравнительные испытания обеих систем.

По результатам начальных испытаний винтовка Нагана показала некоторое преимущество, и на первом этапе конкурса Комиссия проголосовала за неё 14 голосами против 10. Впрочем, это голосование не было определяющим, так как первый этап конкурса носил по сути ознакомительный характер. К тому же, многие члены комиссии считали, что испытания показали равноценность представленных образцов, а представленные на конкурс винтовки Мосина, более простой и конструктивно надёжной, просто выполнены грубее, чем демонстрационные винтовки Нагана, исполненные «с изумительной точностью» и очень хорошо отделанные, да к тому же представлявшие собой улучшенный вариант конструкции, в своё время предложенной для вооружения в Бельгии и бывшей готовой к производству ещё в 1889 году. Более того, писалось, что:

Принимая во внимание, …что представленные капитаном Мосиным на опыты ружья и обоймы изготовлены были при условиях крайне неблагоприятных и вследствие того очень неточно, ружья же и обоймы Нагана, напротив того, оказались изготовленными изумительно точно, генерал-лейтенант Чебышев не нашёл возможным согласиться с заключением, что обе испытанные системы одинаково хороши. По его мнению, ввиду изложенных обстоятельств, система капитана Мосина имела громадное преимущество.

Более детально ознакомившись с обеими системами и результатами войсковых испытаний, члены Комиссии пересмотрели своё мнение. Так, на испытательных стрельбах винтовки Мосина дали 217 задержек при подаче патронов из магазина, а Нагана — 557, почти втрое больше. Учитывая тот факт, что конкурс по сути сводился именно к поиску оптимальной конструкции магазина, одно это вполне однозначно говорило о преимуществе системы Мосина с точки зрения надёжности, несмотря ни на какие «неблагоприятные условиях производства». Кроме того, Комиссия пришла к выводу, что:

…пачечные ружья иностранца Нагана сравнительно с такими же кап. Мосина представляют собой механизм более сложный для выделки… и сама стоимость каждого экземпляра ружья несомненно увеличится.

Причём речь шла о более чем существенных затратах: даже по самым скромным подсчётам, производство системы Нагана дало бы дополнительные издержки в размере от 2 до 4 млн золотых рублей на первый миллион выпущенных винтовок, то есть по 2-4 рубля на каждую, при том, что общая сумма, требуемая на перевооружение одного русского солдата, в среднем составляла около 12 рублей. Кроме того, требовались дополнительно 3-4 месяца на освоение конструкции промышленностью, в условиях уже наметившегося отставания России от развитых европейских стран в перевооружении новым стрелковым оружием, при том, что винтовка Мосина уже готовилась к производству и была специально рассчитана на высокую степень технологической преемственности с уже выпускавшейся винтовкой Бердана.

Так что в 1891 году, по завершению войсковых испытаний, Комиссия выработала компромиссное решение: принята была винтовка, разработанная на основе конструкции Мосина, но с существенными изменениями и дополнениями, как позаимствованными из конструкции Нагана, так и выполненными с учётом предложений самих членов Комиссии.

Боекомплект к винтовке, снаряжённый в патронные обоймы.
Снаряжение магазина винтовки из обоймы.

Из опытной винтовки Мосина напрямую в ней были использованы планка запирающего механизма, устройство предохранительного взвода, затвор, отсечка-отражатель, защёлка магазинной крышки, способ соединения подавателя с крышкой, дающий возможность отсоединять крышку с подавателем от магазина, шарнирная антабка; из система Нагана — идея помещения подающего механизма на дверце магазина и открывание её вниз, способ наполнения магазина спусканием из обоймы патронов пальцем, — следовательно, пазы для обоймы в ствольной коробке и, собственно, сама патронная обойма. Остальные части были выработаны членами Комиссии, при участии Мосина.

Изменения, заимствованные из винтовки Нагана несколько повысили удобство обращения с винтовкой, но даже в случае их удаления не лишали её функциональности. Например, если вообще отказаться от обойменного заряжания, магазин можно снаряжать по одному патрону. Если отсоединить подающую пружину от магазинной крышки, патроны будут по-прежнему подаваться, хотя повышается риск потерять пружину при чистке. Таким образом, роль этих изменений является вторичной по отношению к назначению и функционированию оружия и не даёт оснований для отказа признавать Мосина автором или ставить имя Нагана в название образца, не упоминая при этом авторов прочих, не менее важных, чем позаимствованные из его системы, добавлений.

Вероятно, наиболее полно отражающим авторство конструкции этой винтовки было бы название «Комиссионная винтовка образца 1891 года», по аналогии с немецкой «Комиссионной винтовкой» образца 1888 года, также выработанной в своё время комиссией на основе систем Маннлихера и Маузера.

Впрочем, авторство новой винтовки сформулировал абсолютно чётко уже тогдашний военный министр Ванновский в своей резолюции по поводу принятия образца на вооружение:

В изготовляемом новом образце имеются части, предложенные полковником Роговцевым, комиссией генерал-лейтенанта Чагина, капитаном Мосиным и оружейником Наганом, так что целесообразно дать выработанному образцу наименование: русская 3-лин. винтовка образца 1891 года.

16 апреля 1891 года император Александр III утвердил образец, вычеркнув слово «русская», соответственно, окончательно на вооружение винтовка была принята под наименованием «трёхлинейная винтовка образца 1891 года».

За Мосиным оставили права на разработанные им отдельные части винтовки и присудили ему Большую Михайловскую премию.

Это не было первым случаем, когда образец, созданный на основе определённой системы с обширными добавлениями, принимался на вооружение русской армии под обезличенным индексом, без упоминания имени автора исходной системы; например, точно так же винтовка, выработанная на основе системы Карле, в своё время была принята как «скорострельная игольчатая винтовка образца 1867 года».

Впоследствии, однако, стали раздаваться голоса о том, что таковое наименование нарушало устоявшуюся традицию именования образцов стрелкового оружия русской армии, так как фамилия конструктора была вычеркнута из названия принятого на вооружение образца. Как указывается в ряде источников, в итоге в 1924 году в названии винтовки появилась фамилия Мосина.

При этом и в Наставлении 1938 и его репринте 1941 года, и в брошюре для ОСОАВИАХИМа 1941 года «Винтовка и её применение», и в Наставлении 1954 года винтовка названа просто — «обр. 1891/30 гг.», безо всякого упоминания каких либо фамилий, — при том, что обозначения иных образцов в аналогичной литературе практически всегда снабжались примечаниями вида «конструкции такого-то» или «системы такого-то». Таким образом, вероятно, что и в этот период официально по отношению к винтовке всё же продолжало использоваться «обезличенное» наименование по годам её принятия на вооружение.

Производство винтовки началось в 1892 году на Тульском, Ижевском и Сестрорецком оружейных заводах. Из-за ограниченных производственных мощностей этих заводов, был также размещён заказ на 500 тысяч единиц на французском военном заводе в городе Шательро.

Первое боевое испытание винтовка Мосина получила в 1900—1901 годах во время подавления восстания ихэтуаней в Китае.

К началу русско-японской войны в армию было поставлено примерно 3 800 000 винтовок.

После принятия в 1891 году и до 1910 года были сделаны усовершенствования к существующим винтовкам и разработаны новые образцы. Так, в 1893 году ввели деревянную ствольную накладку для защиты рук стрелка от ожога. В 1896 году ввели новый шомпол, более длинный и с головкой увеличенного диаметра, не проходящей ствол, что упростило чистку оружия. Ликвидировали насечку на боках крышки магазинной коробки, которая при ношении оружия протирала обмундирование. И так далее.

После принятия в 1908 году «лёгкой» остроносой пули последовал ряд более существенных изменений в конструкции винтовки, главным образом — прицела, получившего новую изогнутую прицельную планку системы Коновалова, компенсировавшую изменение траектории пули, вследствие чего в 1910 году был принят на вооружение видоизменённый образец винтовки.

К моменту вступления России в первую мировую войну винтовки производились в драгунской, пехотной и казачьей разновидностях. Из-за катастрофического недостатка оружия и проблем внутренней промышленности, российское правительство заказало 1,5 миллиона винтовок обр. 1891/10 гг. у американских компаний Remington и Westinghouse, a в дополнение к ним — 300 тысяч винтовок разработки компании Winchester мод. 1895 года под русский патрон. Часть из «американских мосинок» так никогда и не была поставлена России, — после революции правительство США конфисковало их и они были приняли на вооружение как US Rifle, Cal. .30, Model of 1916. Сегодня винтовки Мосина американского производства — одни из самых редких и представляющих наибольшую коллекционную ценность, наряду с наиболее ранними винтовками, произведёнными во Франции в городе Шательро.

Большое количество винтовок было захвачено немецкими и австро-венгерскими войсками и было принято на вооружение в запасных частях и на немецком флоте. В 1920-е годы многие из этих винтовок были проданы Германией Финляндии. Различные модификации винтовки Мосина состоят на вооружении финской армии до настоящего времени.

Винтовка образца 1891/30 годов.

Во время гражданской войны в России производились оба типа винтовок — драгунская и пехотная, — последняя, правда, в значительно меньших количествах.

После окончания войны, несмотря на явное устаревание винтовки обр. 1891 года по сравнению со многими иностранными, из-за тяжёлой экономической ситуации в новообразованной советской Республике речи о принятии на вооружение принципиально нового образца вестись не могло. Поэтому в 1924 году был образован комитет по модернизации винтовки, которой к тому моменту было уже больше 30-и лет.

В результате модификации драгунского варианта винтовки, как более короткого и удобного, появилась единая модель — винтовка образца 1891/1930 гг..

Снайперская модификация.

Хотя она и содержала в себе целый ряд улучшений относительно исходного образца, по сравнению с аналогами, имевшимися на вооружении армий государств-вероятных противников СССР, она всё же выглядела уже не самым лучшим образом. Однако магазинная винтовка к тому времени не была уже, как в конце XIX — начале XX века, основным и единственным видом стрелкового оружия пехоты, поэтому в те годы ставка была сделана в первую очередь на создание его более современных и совершенных видов, — пулемётов, самозарядных и автоматических винтовок, а также пистолетов-пулемётов.

После принятия на вооружение в 1938 году достаточно удачной самозарядной винтовки Токарева, предполагалось, что в начале 1940-х годов она практически полностью вытеснит в РККА винтовку Мосина и станет основным оружием советской пехоты, вслед за наиболее передовой на тот момент армией США, перешедшей в конце 1930-х годов на самозарядную винтовку Гаранда. По довоенным планам в 1941 году предполагалось выпустить 1,8 млн. СВТ, в 1942 — 2 млн. Фактически к началу войны было изготовлено свыше 1 млн. СВТ, и многие части и соединения первой линии, в основном в западных военных округах, фактически получили штатное количество самозарядных винтовок.

Однако планам полного перевооружения Красной Армии автоматическим оружием не суждено было сбыться из-за начавшихся боевых действий, — с 1941 года производство СВТ как более сложной в сравнении с магазинной винтовкой и пистолетом-пулемётом было сокращено в разы, и одним из основных видов оружия советской пехоты в той войне оставалась модернизированная винтовка обр. 1891 года, хотя и дополненная весьма существенными количествами самозарядных винтовок и пистолетов-пулемётов.

В 1932 году также началось серийное производство снайперской винтовки обр. 1891/31 гг., отличавшейся улучшенным качеством обработки канала ствола, наличием оптического прицела ПЕ, ПБ или ПУ и отогнутой вниз рукоятью затвора. Всего было выпущено 108 345 шт. снайперских винтовок, они интенсивно использовались в ходе советско-финской и Отечественной войны и зарекомендовали себя как надежное и эффективное оружие. В настоящее время снайперские винтовки Мосина являются редкостью и очень ценятся коллекционерами.

В 1938 году был также принят модернизированный аналогично основному образцу карабин обр. 1938 года, а позднее — карабин обр. 1944 года, отличавшийся наличием несъёмного игольчатого штыка и упрощённой технологией изготовления. Одновременно с введением последнего сама винтовка с производства была снята.

После Второй мировой войны Советский Союз прекратил производство винтовок Мосина и снял их с вооружения, заменив карабином СКС и автоматами Калашникова. Тем не менее, в послевоенный период производство винтовок и карабинов Мосина еще некоторое время продолжалось в КНР, Польше и Венгрии. Винтовки Мосина продолжали использоваться в Восточной Европе и по всему миру ещё несколько десятилетий. В качестве оружия пехоты и бойцов иррегулярных вооруженных формирований винтовки Мосина использовались во многих войнах — от Кореи и Вьетнама до Афганистана. В Финляндии снайперская винтовка Tkiv 85 на основе затворной группы Мосина состоит на вооружении до настоящего времени.



Просмотров: 7373


<<< Винтовка Мондрагона
Ли-Энфилд 1904 >>>